Последние комментарии

  • Странник Бродяга25 мая, 17:14
    Хорошо припечатано автором...Ну прямо по Салтыкову-Щедрину...Чем не "Мэлор Стуруа" современный...Вспоминая горбачёвскую перестройку, съезды народных депутатов, Сахарова…
  • Георгий Баль23 мая, 0:40
    Нер непонятно какой национальности, пишущий на суржике. Вникни в суть статьи. Лукашенко с претензиями не к России, а ...Лукашенко: Россия закрыла свой рынок для 60 наших предприятий
  • Укропиа Подпиндосна22 мая, 8:30
    Да уж! Украина-нож в печёнке России, это враг и еще раз ВРАГ! Только на противопоставлении России жива Украина. Кажды...Первое отличие Зеленского от Порошенко

Девушка, ставшая «гусарской легендой»

235 лет назад, 28 сентября 1783 года родилась Надежда Дурова. На следующий день после своего 23-летия, 29 сентября 1806 года она, надев казачий мундир, начала свою военную карьеру, став, наверное, самой знаменитой «кавалерист-девицей» в российской истории.

На самом деле, первой женщиной-военным Надежда не была.

История повествует о нескольких девушках-англичанках, воевавших в английской кавалерии еще в начале 18 века, современнице Дуровой, француженке Мария-Тереза Фигёр, по прозвищу «мадам Бестактность» носившей мундир кавалерийского офицера целых 20 лет – вплоть до поражения Наполеона под Ватерлоо. Была и молодая симпатичная казачка Прасковья Куркина, которая, переодевшись мужчиной, отправилась воевать в Польской кампании 1792 года – причем, дослужилась там за несколько лет до сотника, аналога ротмистра (или капитана) в обычной армии.
Однако самой известной и для жителей дореволюционной России, и для граждан СССР, стала именно Надежда Дурова. Для первых – потому что ее мемуары, попавшие в руки Пушкина от одного из его знакомых, быстро стали «бестсселлером» – их читали по всей стране.
А популярность бравой кавалеристки для уже советской аудитории обеспечил выход в прокат блестящей героической комедии Эльдара Рязанова «Гусарская баллада». Собственно, автор пьесы «Давным-давно» Александр Гладков отрицал идентичность очаровательной Шурочки Азаровой – и реальной «кавалерист-девицы», имея на это серьезные основания. Но, с учетом всенародной любви к героине актрисы Ларисы Голубкиной, с подачи тогдашних СМИ, большинство решили, что она воплотила на экране образ именно этой, реальной героини Отечественной войны 1812 года.

***

На самом деле, конечно, биографические отличия – и весьма заметные – в судьбах «киношной» и реальной героини были. И не только в том, что Шурочке на момент начала нашествия Наполеона было всего 17, а Надежде – почти 30. Пусть даже последняя и действительно носила имя «Александр», под которым ее и знали сослуживцы.
Просто к этому моменту Дурова уже успела побывать замужем, родить сына. А затем, бросить семью – и в 1806 году поступить сначала в казачий, а потом в уланский полк добровольцем, как тогда называли «товарищем». Вместе с российской армией пройдя тяжелый, но и наполненный славой и отвагой, боевой путь, воюя с наполеоновской армией в Европе.
Однако, когда после поражения под Аустерлицем Россия и Франция заключили мир – во время одного из парадов ее опознал отец, потребовав возвращения домой. Но о Наде узнал лично император Александр – и, пораженный ее героизмом, позволил служить в кавалерии и дальше, инкогнито. Официально разрешив именоваться тем же «псевдонимом», что и раньше, тоже Александром. Заодно наградив ее Георгиевским крестом за спасение жизни офицера – и произвел в корнеты, первый офицерский чин.
Правда, в гусарах псевдо-Александр прослужила не так долго – вновь переведясь в уланы. Кстати, по очень уважительной для любого бравого гусара причине – в нее влюбилась дочь командира полка, а тот, пусть и не зная, что его офицер – женщина, выбор дочки не одобрил, и посоветовал написать рапорт о переводе. Что Дурова, с понятным облегчением, и сделала.
Там ее и застала Отечественная война 1812 года. Надежде пришлось сражаться и под Смоленском, и под Бородино, и в других битвах этой судьбоносной кампании – уже дослужившись до поручика. После отпуска по ранению, она возвратилась в строй, участвовала уже в Зарубежном походе русской армии, закончившимся уже полным поражением Бонапарта. В 1816 году женщина-ветеран, в звании штабс-ротмистра вышла в отставку, на пенсию – впрочем, не столько по своей воле, а по настоянию отца.
С тех пор она жила то в родном Сарапуле, то в Елабуге, в домике младшего брата. Писала мемуары, играла заметную роль в том, что сейчас бы назвали «военно-патриотическим воспитанием молодежи». Замуж так и не вышла – зато до конца жизни предпочитала мужскую одежду и требовала, чтобы ее называли «Александром». Даже перед смертью просила священника отпевать ее под этим именем – на что, впрочем, батюшка не согласился. Впрочем, несмотря на полное испытаний десятилетие военной службы, Дурова в полном уме и здравой памяти, дожила до весьма преклонных даже по нынешним меркам 82 лет.

***

В последние десятилетия, когда в определенных кругах стало модно «развенчивать мифы», вроде опусов со снисходительным презрением повествующих о подвигах «Молодой гвардии», Зои Космодемьянской и других любимых героев былых времен – немало подобных атак было предпринято и на память о Надежде Дуровой. Дескать, такое поведение больше характерно для «транссексуалов», и, вообще, «кавалерист-девица» была едва ли не первой «феминисткой» в России.
На самом деле, основным фактором действительно не совсем традиционного выбора сарапульской дворянки были в первую очередь особенности ее воспитания в детстве. Мать ее не любила, поскольку хотела сына, а однажды даже выбросила малышку из окна кареты. Так что до 5-летнего возраста ее воспитывали как раз казаки – сослуживцы отца. Разумеется, проявляя всю возможную нежность к крохе – но, все же, играться ей приходилось не с куклами, а всякими «колюще-режущими» предметами и боевыми конями.
А от воспитания в раннем детстве зависит очень многое. Так, в первой половине 18 века Даша Тяпкина, родившаяся в семье смоленских дворян, так понравилась своей бабушке-инокине – что та забрала ее от родителей к себе, для утешения маленькой внучкой. У тех было еще немало детей – так что они согласились.
А девочка, выросшая в атмосфере тихих молитв, богослужений, монашеских келлий, когда вернулась в семью, замуж выходить не захотела. И тайно ушла в монастырь, переодевшись юношей – в конце концов, осев в далеком Киеве, в пещерах Китаевской пустыни, став знаменитым подвижником, «старцем Досифеем». Известным и визитом к нему императрицы Екатерины, и благословением на иноческий подвиг одного из самых великих русских святых, преподобного Серафима Саровского.
Так что, ничего не поделаешь – если Надю воспитывали, как «дочь полка», то неудивительно, что выданной замуж за нелюбимого мужа, какого-то жалкого судейского чиновника, ей вскорости захотелось сбежать от этой опостылевшей жизни.
Да, ребенка она тоже бросила. Но ведь не в окно ж кареты, как ее саму собственная мать – да и в доме состоятельного дворянина и без нее было достаточно куда более заботливых к мальчику женщин-служанок, даривших ему свою любовь и заботу.
Собственно, в те времена так часто обстояли дела в семьях и с куда более традиционно настроенными мамами. Даром, что ли, великий Пушкин посвятил столько трогательных стихов своей нянюшке, Арине Родионовне – а не матери, с которой не очень ладил в силу ее излишней авторитарности? Подобная же «родительница» была и у Тургенева – именно с нее гений списал образ помещицы-самодурки в произведении «Муму». Так что в те времена холодность дворянок к своим детям была, скорее, правилом – нежели исключением.
Зато в плане нормальной сексуальной ориентации у Нади было все нормально. Да, первого мужа-судейского она не любила. Но в армию то уехала с понравившимся ей казачьим есаулом – ну а что потом с ним «не сложилось» – так ведь не каждое ж знакомство мужчины и женщины заканчивается свадьбой.
Да, многим и по сей день не дают спокойно спать настойчивые просьбы «кавалерист-девицы» называть ее «Александром», хождение в мундире или мужской костюме. Не то, что у киношной Шурочки Азаровой, которая с равным удовольствием одевала что платье, что гусарский «ментик».
Но тут же надо вспомнить, в каких условиях Дурова провела свои 10 лет в кавалеристких полках. Ежедневное опасение разоблачения, при этом необходимость не просто не отличаться от «настоящих мужчин», сослуживцев-офицеров – но даже пытаться превзойти их в военной службе.
Советские разведчики-нелегалы в своих мемуарах часто пишут – после 10 лет в чужой стране, с «легендой» ее уроженца, начинаешь уже не только говорить, но и мыслить на языке страны пребывания. Ну а если те же 10 лет столь же успешно играть роль мужчины, и не только играть – но и быть боевым и смелым офицером – понятно, что такая «маска» скоро станет уже неотъемлемой частью твоей личности…

***

С другой стороны, женщины в России, несмотря на всю свою женственность, нежность, грацию, как минимум, в значительной части, рафинированными «кисейными барышнями» не были – с самых давних времен. Так, во времена вражеских нашествий, защищать стены городов от иноплеменников поднимались и они – пусть, обычно, и на «подсобных» ролях, вроде подогрева и литья расплавленной смолы на карабкающихся по штурмовым лестницам захватчикам. Потому что знали: если город падет – не только воинов-мужчин, но и женщин с детьми ожидает горькая участь. Насилия, плен – а то и смерть.
В казачьих станицах женщины также практически поголовно брались за оружие – если мужчин рядом с ними не было (например, по причине отбытия в поход), или же тем требовалась помощь в борьбе с численно превосходящим неприятелем. Тем более, что с появлением луков, самострелов – а, тем более, ружей и пистолетов, физическая сила стала играть для бойцов не столь уж однозначно кардинальную роль, и «слабый пол» тоже получил неплохие шансы в гипотетической схватке.
Собственно, современность дала достаточно однозначный ответ – может ли женщина быть хорошим воином. Достаточно посмотреть на огромное количество красавиц в полиции, прокуратуре – да и участие массы советских патриоток в Красной Армии, и не только на должностях медсестер, санитарок и поварих, говорит само за себя.
Другое дело, что в мирное время девушки идут в собственно армию не так уж часто – но, в принципе, их туда принимают тоже, пусть и не всюду. Кстати, немаловажной причиной для многих девушек, в основном, вольнонаемных «контрактниц», является как раз поиск для себя в качестве избранника для замужества настоящего мужчины, офицера – а не какого-нибудь «тюти», коих полна «гражданка». Какой уж тут феминизм…
Да, и мужчинам, и обществу в целом, конечно, предпочтительнее, чтобы женщины, пусть даже и участвующие в экономической и прочей жизни страны, больше занимались семьей и детьми, были добрыми, заботливыми, ласковыми женами и мамами.
Но, как и в былые времена, всегда может возникнуть ситуация, когда станет вопрос о самом существовании страны, ее народа – как это было во времена монголо-татарского нашествия, Смутного времени, нашествий Наполеона и Гитлера. Тогда ведь может потребоваться взять оружие в руки не только «естественными» защитникам, мужчинам – но и многим их подругам. И жизненный подвиг Надежды Дуровой всегда будет для них жи»вым примером для подражания…

Юрий НОСОВСКИЙ

Источник

Популярное

))}
Loading...
наверх